Goethe Text: опыт адаптации кириллицы 

7 мая 2020

Текст

Владимир Ефимов

Пе­ре­вод шриф­тов с ла­тин­ской ал­фа­вит­ной осно­вой на дру­гие язы­ки ча­сто вос­при­ни­ма­ет­ся как не­твор­че­ское, не­срав­ни­мое с со­зда­ни­ем но­вых ори­ги­наль­ных шриф­тов де­ло. Меж­ду тем лю­бой пе­ре­вод, и про­ек­ти­ро­ва­ние ки­рил­лов­ской вер­сии в част­но­сти, — от­вет­ствен­ная, тре­бу­ю­щая глу­бо­ких по­зна­ний ра­бо­та, ко­то­рая и сей­час ещё ма­ло осмыс­ле­на и за­фик­си­ро­ва­на в про­фес­си­о­наль­ных ис­сле­до­ва­ни­ях. Очерк Вла­ди­ми­ра Ефи­мо­ва, ко­то­рый мы пред­ла­га­ем чи­та­те­лю, был опуб­ли­ко­ван в 2007 го­ду в жур­на­ле «Про­ек­тор» № 0(1). Не­смот­ря на то что речь в нём идёт лишь о до­ра­бот­ке ки­рил­лов­ской ча­сти шриф­та, са­ма ло­ги­ка экс­пер­ти­зы, а так­же де­ли­кат­ность и про­фес­си­о­на­лизм ав­то­ра при­да­ют этой не­боль­шой пуб­ли­ка­ции вне­вре­мен­ную цен­ность. С лю­без­но­го раз­ре­ше­ния из­да­те­ля «Про­ек­то­ра» Дмит­рия Хар­ша­ка мы пуб­ли­ку­ем очерк Вла­ди­ми­ра Ефи­мо­ва с до­бав­ле­ни­ем не­ко­то­рых но­вых ил­лю­стра­ций из ар­хи­ва ху­дож­ни­ка. Наш жур­на­л про­дол­жа­ет ра­бо­ту над си­сте­ма­ти­за­ци­ей ма­те­ри­а­лов и элек­трон­ной вер­си­ей ар­хи­ва В. В. Ефи­мо­ва сов­мест­но с ком­па­ни­ей «Па­ра­тайп». Ре­дак­ция

Не­мно­го ис­то­рии

В 2004 го­ду мне при­шлось де­лать стран­ную ра­бо­ту — ис­прав­лять не­ка­че­ствен­ную ки­рил­лов­скую вер­сию шриф­та, ко­то­рую раз­ра­бо­та­ли на За­па­де для за­пад­но­го же за­каз­чи­ка. Тем не ме­нее, ко­гда ока­за­лось, что ре­зуль­тат не удо­вле­тво­ря­ет рос­сий­ско­го по­тре­би­те­ля, шрифт при­шлось пе­ре­де­лы­вать, что­бы он вы­гля­дел бо­лее гра­мот­но.

Вна­ча­ле этот шрифт на­зы­вал­ся Biblica (Биб­ли­ка). Он был раз­ра­бо­тан в 1982 го­ду по за­ка­зу Гер­ман­ско­го Биб­лей­ско­го об­ще­ства для из­да­ния Биб­лии в но­вом пе­ре­во­де на не­мец­кий язык. Ра­бо­та бы­ла по­ру­че­на из­вест­но­му ди­зай­не­ру и ти­по­гра­фу, про­фес­со­ру штут­гарт­ской Ака­де­мии изящ­ных ис­кусств Кур­ту Вай­де­ма­нну (Kurt Weidemann, 1922–2011), ко­то­рый вёл в Ака­де­мии курс гра­фи­че­ско­го ди­зай­на и ком­му­ни­ка­ций. Сре­ди его ра­бот — ло­го­ти­пы и фир­мен­ные сти­ли та­ких фирм, как Zeiss, Mercedes-Benz, Daimler-Benz, Deutsche Aerospace и Deutsche Bahn.

По­сколь­ку текст Биб­лии обыч­но на­би­ра­ет­ся в две уз­ких ко­лон­ки, но­вый шрифт дол­жен был об­ла­дать мак­си­маль­ной ём­ко­стью и удо­бо­чи­та­е­мо­стью. Про­фес­сор Вай­де­манн на­ри­со­вал по­чти не­кон­траст­ную ан­ти­кву с круп­ным оч­ком, за­ужен­ны­ми про­пор­ци­я­ми в трёх на­чер­та­ни­ях (пря­мом свет­лом, кур­сив­ном и жир­ном). Круп­ное оч­ко строч­ных зна­ков поз­во­ли­ло со­хра­нить удо­бо­чи­та­е­мость шриф­та в мел­ком кегле, а ма­лый кон­траст при­дал на­бо­ру оп­ти­маль­ную цвет­ность. Уз­кие про­пор­ции поз­во­ли­ли вме­стить че­ты­ре с по­ло­ви­ной мил­ли­о­на букв тек­ста Биб­лии в книж­ный блок ра­зум­ной тол­щи­ны, сэко­но­мив око­ло 200 стра­ниц.

В гар­ни­ту­ре бы­ли раз­ра­бо­та­ны ми­ну­скуль­ные циф­ры, по­сколь­ку ди­зай­нер счи­тал их бо­лее удо­бо­чи­та­е­мы­ми, и ка­пи­тель­ные зна­ки для пря­мых на­чер­та­ний. Упро­щён­ные фор­мы за­се­чек поз­во­ли­ли аде­кват­но вос­про­из­во­дить их в ра­стро­вом ви­де. Жир­ное на­чер­та­ние бы­ло сде­ла­но го­раз­до бо­лее на­сы­щен­ным, чем свет­лое, для луч­ше­го вы­де­ле­ния в тек­сте. Бук­вы и циф­ры с иден­тич­ны­ми эле­мен­та­ми Вай­де­манн вы­пол­нял с по­мо­щью по­ли­грамм, ис­поль­зуя один и тот же ри­су­нок и уби­рая лиш­ние де­та­ли. В про­цес­се раз­ра­бот­ки шриф­та про­во­ди­лись мно­го­чис­лен­ные экс­пе­ри­мен­ты по на­бо­ру ре­аль­но­го тек­ста и срав­не­нию его с на­бо­ром су­ще­ству­ю­щи­ми шриф­та­ми. Ока­за­лось, что при оди­на­ко­вом ма­ке­те Biblica име­ет ём­кость вы­ше, чем Times Roman, при­мер­но на 200 зна­ков на стра­ни­цу. Это очень се­рьёз­ный по­ка­за­тель ка­че­ства но­во­го шриф­та и ма­стер­ства ди­зай­не­ра.

В 1983 го­ду аме­ри­кан­ская шриф­то­вая фир­ма ITC (Меж­ду­на­род­ня шриф­то­вая кор­по­ра­ция — International Typeface Corporation) при­об­ре­ла пра­ва на гар­ни­ту­ру Biblica и вы­пу­сти­ла её под но­вым на­зва­ни­ем ITC Weidemann в честь её ди­зай­не­ра. Один из осно­ва­те­лей ITC Аа­рон Бёрнс (Aaron Burns) ска­зал про­фес­со­ру Вай­де­ма­нну: «Если вы на­зо­вё­те этот шрифт Biblica, каж­дый бу­дет ду­мать, что он го­дит­ся толь­ко для на­бо­ра Свя­щен­но­го Пи­са­ния».

Для ITC ри­су­нок шриф­та был не­сколь­ко пе­ре­ра­бо­тан, до­ри­со­ва­ны ма­юс­куль­ные циф­ры, не­до­ста­ю­щие ка­пи­тель­ные и до­пол­ни­тель­ные зна­ки. Кро­ме то­го, в со­от­вет­ствии со стан­дар­та­ми ITC в гар­ни­ту­ре бы­ло раз­ра­бо­та­но 5 до­пол­ни­тель­ных на­чер­та­ний. Те­перь шрифт на­счи­ты­ва­ет 4 пря­мых (нор­маль­ное, сред­нее, жир­ное и чёр­ное) и 4 со­от­вет­ству­ю­щих им кур­сив­ных на­чер­та­ния, при­чём в двух (пря­мом нор­маль­ном и пря­мом сред­нем) раз­ра­бо­та­ны ка­пи­те­ли. В та­ком объ­ёме шрифт ITC Weidemann до сих пор вхо­дит в биб­лио­те­ку шриф­тов ITC.

Ре­аль­ность, дан­ная нам в ощу­ще­ние

В даль­ней­шем на осно­ве гар­ни­ту­ры Biblica для Ин­сти­ту­та име­ни Гёте (Goethe Institut) был раз­ра­бо­тан фир­мен­ный шрифт в трёх на­чер­та­ни­ях под на­зва­ни­ем Goethe Text. Ин­сти­тут име­ни Гёте, или Гёте-Ин­сти­тут, — не­мец­кий куль­тур­ный центр, ра­бо­та­ю­щий при по­соль­ствах Фе­де­ра­тив­ной Рес­пуб­ли­ки Гер­ма­нии в раз­лич­ных стра­нах, в том чис­ле в Рос­сии. В каж­дой стра­не Гёте-Ин­сти­тут осу­ще­ствля­ет боль­шую куль­тур­ную про­грам­му, вклю­ча­ю­щую из­да­ние раз­лич­ной ли­те­ра­ту­ры на язы­ке стра­ны пре­бы­ва­ния. По­это­му в Рос­сии Гёте-Ин­сти­ту­ту не­об­хо­дим был ки­рил­лов­ский шрифт для на­бо­ра тек­стов на рус­ском язы­ке. Есте­ствен­но, это долж­на бы­ла быть ки­рил­лов­ская вер­сия их фир­мен­но­го шриф­та Goethe Text.

Для это­го в рам­ках гар­ни­ту­ры Goethe Text во всех трёх на­чер­та­ни­ях бы­ли со­зда­ны зна­ки рус­ско­го ал­фа­ви­та, или ки­рил­ли­ца. Имя её ди­зай­не­ра оста­ёт­ся не­из­вест­ным, но мож­но пред­по­ло­жить, что это был че­ло­век, не слиш­ком зна­ко­мый с на­ши­ми шриф­то­вы­ми тра­ди­ци­я­ми. При вни­ма­тель­ном рас­смот­ре­нии это­го шриф­та ока­зы­ва­ет­ся, что по­чти все ха­рак­тер­ные зна­ки ки­рил­ли­цы вы­гля­дят до­воль­но стран­но, не со­от­вет­ству­ют ки­рил­лов­ской тра­ди­ции, не под­хо­дят к стро­го­му сти­лю ла­ти­ни­цы. Осо­бен­но бро­са­ет­ся в гла­за фор­ма зна­ков д, и, к, л, ч, э, Д, И, Л, Ф, Ч, Э,  в пря­мых на­чер­та­ни­ях, а так­же г, д, ж, л, ц, ъ, э, я, Д, Ж, З, И, Л, Ф,  в кур­си­ве.

По­нят­но, что этим шриф­том ни­как не­льзя на­би­рать тек­сты для на­ших чи­та­те­лей, при­вык­ших к го­раз­до бо­лее про­фес­си­о­наль­ным ки­рил­лов­ским шриф­там. Но са­мым слож­ным де­лом ока­за­лось обра­тить вни­ма­ние ру­ко­вод­ства Гёте-Ин­сти­ту­та на не­при­ем­ле­мо низ­кое ка­че­ство ки­рил­лов­ской вер­сии шриф­та Goethe Text. По­на­до­би­лась офи­ци­аль­ная шриф­то­вед­че­ская экс­пер­ти­за, ко­то­рую про­во­ди­ла ком­па­ния «Па­ра­тайп». Экс­перт­ное за­клю­че­ние бы­ло вы­сла­но в мо­сков­ское от­де­ле­ние Гёте-Ин­сти­ту­та и от­ту­да пре­про­во­жде­но в его штаб-квар­ти­ру в ФРГ. На рас­смот­ре­ние всей ис­то­рии по­на­до­би­лось не­сколь­ко ме­ся­цев, но в кон­це кон­цов Гёте-Ин­сти­тут за­ка­зал нам кор­рек­ти­ров­ку ки­рил­лов­ской ча­сти гар­ни­ту­ры Goethe Text.

Не­ко­то­рые осо­бо вы­да­ю­щи­е­ся зна­ки и ком­мен­та­рии к ним

Пря­мые Д, д. В ис­ход­ной ки­рил­ли­це ле­вый штрих этих зна­ков име­ет стран­ную, слиш­ком прог­ну­тую фор­му и очень боль­шую тол­щи­ну, осо­бен­но в верх­ней ча­сти. Его тол­щи­на срав­ни­ма с тол­щи­ной основ­но­го вер­ти­каль­но­го штри­ха, что со­вер­шен­но не со­от­вет­ству­ет ки­рил­лов­ской тра­ди­ции для ан­ти­к­вы. (Тут не рас­смат­ри­ва­ет­ся тре­уголь­ная фор­ма Д.) Сви­са­ю­щие эле­мен­ты как буд­то при­ри­со­ва­ны к ниж­ним за­сеч­кам, из-за че­го они бес­силь­но сви­са­ют вниз. На са­мом де­ле они долж­ны при­креп­лять­ся к ниж­не­му го­ри­зон­таль­но­му штри­ху. Это от­но­сит­ся так­же к сви­са­ю­щим эле­мен­там у ц, Ц, щ, Щ.

Сле­ва зна­ки до кор­рек­ти­ров­ки, спра­ва — бо­лее пра­виль­ные их ва­ри­ан­ты.

 

Пря­мые И, и. По­хо­же, что эти бук­вы в ис­ход­ной ки­рил­ли­це об­ра­зо­ва­ны пу­тём зер­каль­но­го от­ра­же­ния и мо­ди­фи­ка­ции ла­тин­ской N. И хо­тя рас­пре­де­ле­ние тол­щин пра­виль­ное (вер­ти­каль­ные штри­хи тол­стые, а диа­го­наль тон­кая), от­сут­ствие за­сеч­ки сле­ва вни­зу вы­да­ёт про­ис­хо­жде­ние. Ме­ста со­еди­не­ния диа­го­на­ли и вер­ти­каль­ных штри­хов долж­ны быть оди­на­ко­вы­ми и свер­ху и сни­зу — с од­но­сто­рон­ни­ми или дву­сто­рон­ни­ми за­сеч­ка­ми или во­об­ще без за­се­чек.

 

Пря­мая строч­ная к. Тут дур­ную служ­бу сы­гра­ло ка­жу­ще­е­ся сход­ство ла­тин­ской k и ки­рил­лов­ской к. Опу­сти­ли верх­ний вы­нос­ной эле­мент ла­тин­ско­го зна­ка на уро­вень ро­ста строч­ных, и вро­де всё. В ре­зуль­та­те на вер­ти­каль­ном штри­хе по­лу­чи­лась верх­няя од­но­сто­рон­няя за­сеч­ка, аб­со­лют­но не­ха­рак­тер­ная для ки­рил­ли­цы. Это очень гру­бая, бро­са­ю­ща­я­ся в гла­за ошиб­ка, к со­жа­ле­нию, до­ста­точ­но рас­про­стра­нён­ная. Ну, а если сде­лать на этом ме­сте пра­виль­ную дву­сто­рон­нюю за­сеч­ку, то не­ми­ну­е­мо при­дёт­ся из­ме­нять верх­нюю диа­го­наль, ина­че они бу­дут ме­шать друг дру­гу. (Тут не рас­смат­ри­ва­ет­ся так на­зы­ва­е­мая «ки­рил­лов­ская» фор­ма К с изо­гну­ты­ми вет­вя­ми и кап­лей свер­ху.)

 

Пря­мые Л, л. Как и в Д, ле­вый штрих этих зна­ков в ис­ход­ной ки­рил­ли­це не­пра­во­мер­но тол­стый и че­рес­чур вы­гнут про­тив на­прав­ле­ния чте­ния. Кро­ме то­го, кап­ля на его ниж­нем кон­це слиш­ком сла­бо вы­ра­же­на. Я уточ­нил фор­му ле­во­го штри­ха и уси­лил кап­лю для ком­пен­са­ции пу­сто­го про­стран­ства сле­ва от зна­ка. (Тут не рас­смат­ри­ва­ет­ся тре­уголь­ная фор­ма Л.)

 

Пря­мая Ф. Этот знак в ис­ход­ной ки­рил­ли­це слиш­ком ве­лик по вы­со­те и име­ет че­рес­чур круг­лую фор­му, как буд­то сде­лан из про­пис­ной О, по­ло­жен­ной на­бок. Для срав­не­ния по­ка­за­на про­пис­ная Р. Я сде­лал его по­луо­ва­лы по­мень­ше и при­дал им фор­му, ана­ло­гич­ную про­пис­ной Р.

 

Пря­мые Ч, ч. Чаш­ка этих зна­ков в ис­ход­ной ки­рил­ли­це слиш­ком ве­ли­ка и име­ет фор­му, на­по­ми­на­ю­щую шриф­ты сти­ля «мо­дерн». Я сде­лал её по­мень­ше и бо­лее при­выч­ной фор­мы для боль­шей устой­чи­во­сти.

 

Пря­мая строч­ная э. В ис­ход­ной ки­рил­ли­це в этом зна­ке на­клон ова­ла впра­во, то есть в обрат­ную сто­ро­ну от нор­маль­но­го. По­хо­же, что он сде­лан из зер­каль­но от­ра­жён­ной строч­но­й с. Да­же об­рез сред­не­го го­ри­зон­таль­но­го штри­ха на­прав­лен в обрат­ную сто­ро­ну. При­шлось при­дать это­му зна­ку фор­му, ана­ло­гич­ную пра­вой сто­ро­не строч­ной о.

 

Знак №. Как пра­ви­ло, в зна­ке но­ме­ра ма­лень­кая бук­ва о с под­чёр­ки­ва­ни­ем, обо­зна­ча­ю­щая со­кра­ще­ние, по­ме­ща­ет­ся в верх­ней ча­сти зна­ка. 

 

Строч­ная кур­сив­ная л. По­ми­мо то­го, что ле­вый штрих слиш­ком тол­стый, он име­ет чрез­вы­чай­но не­удач­ную фор­му, из-за ко­то­рой сле­ва об­ра­зу­ет­ся пу­стое про­стран­ство. Что­бы его за­пол­нить, при­шлось сде­лать бо­лее при­выч­ную фор­му с го­ри­зон­таль­ной за­сеч­кой свер­ху сле­ва. Фор­ма ле­во­го штри­ха и кап­ли вни­зу сле­ва ана­ло­гич­на этим фор­мам в пря­мом свет­лом на­чер­та­нии. 

 

Кур­сив­ная ф. Та­кая фор­ма вы­нос­ных эле­мен­тов с кап­ля­ми, на­по­ми­на­ю­щая ла­тин­скую кур­сив­ную f, встре­ча­ет­ся в ки­рил­лов­ских ан­ти­квах. Од­на­ко в этом стро­гом шриф­те та­кая бук­ва вы­гля­дит раз­вяз­ной и слиш­ком на­клон­ной. По­это­му я за­ме­нил вы­нос­ные эле­мен­ты бо­лее стро­ги­ми фор­ма­ми, ана­ло­гич­ны­ми ла­тин­ским l и q

 

Кур­сив­ная щ. В ла­тин­ском кур­си­ве знак u, на осно­ве ко­то­ро­го обыч­но де­ла­ют­ся ки­рил­лов­ские и, ц, ш, щ, име­ет ле­вую од­но­сто­рон­нюю за­сеч­ку на верх­нем кон­це каж­до­го из двух бо­ко­вых штри­хов. Но если для и и ц это ещё при­ем­ле­мо, то щ, сде­лан­ная по это­му прин­ци­пу, ста­но­вит­ся по­хо­жей на тре­зу­бец. По­это­му при­шлось уб­рать за­сеч­ки на всех штри­хах, кро­ме край­не­го ле­во­го. Сви­са­ю­щий эле­мент в ис­ход­ной ки­рил­ли­це был не со­всем на ме­сте, по­сколь­ку при­со­еди­нял­ся по­чти к ниж­не­му из­ги­бу пра­во­го штри­ха. В ки­рил­лов­ской ан­ти­кве он ча­ще все­го при­со­еди­ня­ет­ся к его пра­во­му кон­цу. 

 

Кур­сив­ный ъ. В ис­ход­ной ки­рил­ли­це верх­ний ле­вый эле­мент у это­го зна­ка име­ет не­оправ­дан­но ба­роч­ную фор­му. Я за­ме­нил его го­ри­зон­таль­ным эле­м­ен­том с за­сеч­кой на ле­вом кон­це, бо­лее со­от­вет­ству­ю­щим об­ще­му стро­го­му сти­лю шриф­та. На­клон основ­но­го штри­ха уве­ли­чен, что­бы урав­но­ве­сить раз­но­на­прав­лен­ную ди­на­ми­ку зна­ка. 

 

Кур­сив­ная э. В ис­ход­ной ки­рил­ли­це этот знак был слиш­ком на­клон­ным, при­шлось при­дать ему фор­му, ана­ло­гич­ную пра­вой сто­ро­не строч­ной о

 

Кур­сив­ная я. В ис­ход­ной ки­рил­ли­це но­га слиш­ком ак­тив­на и пре­пят­ству­ет дви­же­нию гла­за по стро­ке. Я сде­лал её бо­лее спо­кой­ной, за­од­но уточ­нил фор­му по­луо­ва­ла в пра­вом верх­нем углу, ана­ло­гич­но фор­ме ла­тин­ской q.

 

Счаст­ли­вый фи­нал

В на­ча­ле 2005 го­да ра­бо­та бы­ла вы­пол­не­на и сда­на за­каз­чи­ку. Та­ким об­ра­зом, ис­то­рия ки­рил­ли­цы в шриф­те Goethe Text за­кон­чи­лась бла­го­по­луч­но. Хо­чу ещё раз по­бла­го­да­рить рос­сий­ских ди­зай­не­ров Ан­дрея Кузь­ки­на и На­та­лью Шам­фа­ро­ву, обра­тив­ших вни­ма­ние на не­про­фес­си­о­наль­ную ки­рил­ли­цу в фир­мен­ном шриф­те Гё­те-Ин­сти­ту­та, а так­же со­труд­ни­ков и осо­бен­но ру­ко­вод­ство Ин­сти­ту­та, ко­то­рое по­шло на до­пол­ни­тель­ные рас­хо­ды, что­бы при­ве­сти шрифт в по­ря­док.

Это пер­вый из­вест­ный мне при­мер кор­рек­ти­ров­ки не­про­фес­си­о­наль­но сде­лан­ной на За­па­де ки­рил­ли­цы, вер­нее, её адап­та­ции к ки­рил­лов­ской тра­ди­ции. Оста­ёт­ся по­же­лать, что­бы не­ко­то­рые дру­гие ки­рил­лов­ские шриф­ты ана­ло­гич­но­го ка­че­ства под­верг­лись та­кой же адап­та­ции.

Курт Вай­де­манн ро­дил­ся в го­ро­де Ай­х­ме­ден (Гер­ма­ния, ны­не тер­ри­то­рия Поль­ши, На­ко­мя­ды) в 1922 го­ду. Его твор­че­ский путь на­чал­ся с ра­бо­ты на­бор­щи­ком в Лю­бе­ке (1950–1952), за­тем — в штут­гарт­ской Ака­де­мии ис­кусств на кур­се книж­ной гра­фи­ки и ти­по­гра­фи­ки. По­сле вы­пус­ка из уни­вер­си­те­та ра­бо­тал офор­ми­те­лем кни­ги, гра­фи­че­ским ди­зай­не­ром, ко­пи­рай­те­ром, кон­суль­тан­том, раз­ра­ба­ты­вал шриф­ты. С 1965 го­да на­чи­на­ет­ся его пре­по­да­ва­тель­ская де­я­тель­ность в штут­гарт­ской Ака­де­мии ис­кусств, так­же он на­пи­сал не­сколь­ко книг о ди­зай­не и ти­по­гра­фи­ке. Об­ла­да­тель не­мец­ко­го ор­де­на за за­слу­ги 1-й сте­пе­ни (1996).

Кириллица 
Практика
Ефимов
1579